Контрольная работа по психологии: Когнитивные теории личности

Когнитивные теории личности

Когнитивизм –это направление в психологии, изучающее процессы познания (лат. cognitio – познание), работу памяти и роль познания в мотивации и поведении, в наибольшей степени подорвало позиции бихевиоризма. К 1930 психологи, работавшие в традиции когнитивизма Э.Толмена, убедительно показали, что психика существует и у животных. В одном из экспериментов было выявлено, что крысы в лабиринте действуют на основе «когнитивных карт», т.е. психических образов знакомой им структуры лабиринта, а не просто двигательного обусловливания. Аналогичные эксперименты продемонстрировали, что бихевиоризм Уотсона рисует чрезвычайно упрощенную картину, так как на самом деле значительную часть деятельности составляет то, что происходит внутри организма. Для описания таких внутренних феноменов и процессов необихевиористы начали использовать понятие «промежуточных переменных». Серьезным достижением когнитивизма стала гипотеза об избирательной готовности, суть которой в следующем: у животных могут возникать только те поведенческие реакции, к которым оно психологически подготовлено и которые соответствуют уровню его психической организации.

Другими словами, речь идет о значении «видоспецифичных» свойств в формировании поведения. С позиций данного принципа становится очевидной концепция Уотсона о безграничных возможностях бихевиоризма – ни одному экспериментатору не удалось, например, научить свиней бросать монетки в копилку, поскольку естественное поведение этих животных состоит в том, что они роют и разбрасывают, а не подбирают и складывают.
Когнитивность является также  пограничным термином, отсылающим нас к любым процессам, посредством которых мы осознаем или приобретаем знания. Он включает в себя ощущение, узнавание, воображение, символизирование, суждения, воспоминания, обучение, размышление и умозаключения. Любой из этих процессов может иметь место вне сознания и влиять главным образом на наши аффективные состояния.
Когнитивизм считает, что единственной основой является мысль, и только через нее можно контролировать эмоции, волю и действие. Когнитивизм верит в свободу выбора как инструмент самосовершенствования. Это откровенно ненаучная теория, но в то же время она стоит ближе всего к обычному здравому смыслу и достаточно успешно проявила себя в сфере медицины.
В изучении когнитивных теорий личности играет важную роль психоанализ. Психоанализ изучает два взаимосвязанных, но сильно отличающихся друг от друга вида мышления – первичный и вторичный процессы. Для первичного процесса мышления характерна конкретность, сгущение и смещение, зрительная образность и символичность; это глубоко бессознательный процесс, и является средством выражения внутреннего субъективного мира. Первичный процесс мышления представлен через сознательные и бессознательные фантазии, игру фантазии, дневные мечты и сновидения, магическое мышление, оговорки, шутки, артистическую и творческую активность.
Мышление, руководимое вторичным процессом, может быть сознательным или бессознательным. Оно характеризуется рациональностью, упорядоченностью и логичностью. Оно основывается главным образом на вербальном символизме и, главным образом, осуществляет адаптацию к реальности.
С некоторыми примечательными исключениями – например, Хартманн (1939), Крис (1952), Рапапорт (1951, 1960) – психоаналитические исследования были направлены главным образом на первичный процесс, тогда как академическая психология была сфокусирована главным образом на развитии вторичного процесса мышления. Пиаже различал две разновидности мыслительных процессов, но он счел первичный процесс мышления слишком трудным для изучения и, следовательно, по эмпирическим причинам, сконцентрировался на вторичном процессе, создав осмысленную теорию роста логичности мышления. Поскольку психоаналитики больше интересовались пониманием функционирования первичного процесса, а не его развитием, психоаналитическая теория не имеет осознанной и хорошо разработанной точки зрения на развитие первичного процесса, которая бы согласовывалась с теорией развития вторичного процесса, и многие вопросы остаются открытыми.
Фрейд сформулировал свои главные идеи по этому вопросу в 1895 и 1900 годах, и внес несколько значительных изменений после 1911 года, таких как прикрепление первичного процесса к Ид, и прикрепление вторичного процесса к Эго, когда предложил свою структурную модель. Со времен Фрейда психоаналитические исследования когнитивности были отрывочны и, большей частью, ограничены попытками интегрировать работы Пиаже с психоаналитической теорией, с переменным успехом. Поскольку теория Пиаже и другие теории когнитивности были не слишком связаны с идеями о бессознательных умственных процессах, идеи Фрейда о первичном и вторичном процессах остаются основой психоаналитических рассуждений о когнитивности.
Нельзя также пропустить и социально-когнитивную теорию Альберта Бандуры. Бандура полагал, что психическое функционирование лучше понимать в терминах непрерывного взаимодействия между факторами поведенческими, когнитивными и средовыми. Это означает, что поведение, личностные аспекты и социальные воздействия – это взаимозависимые детерминанты, то есть на поведение влияет окружение, но люди также играют активную роль в создании социальной окружающей среды и других обстоятельств, которые возникают в их каждодневных транзакциях.  Бандура делает основной акцент на роли научения через наблюдение в приобретении навыков поведения. Действительно, наиболее отличительной чертой социально-когнитивной теории Бандуры является убеждение в том, что в основном поведение человека формируется через наблюдение или на основе примеров.
Бандура также подчеркивает важность самостоятельных воздействий как причинного фактора во всех аспектах функционирования человека – мотивации, эмоции и действиях. Это наиболее очевидно в его концепции самоэффективности – положения о том, что человек может научиться контролировать события, влияющие на его жизнь.

Когнитивная теория Фрейда

По формулировке Фрейда, первичный процесс отсылает нас как к тому, что является ответственным за искажение логического, рационального мышления в поисках удовлетворения, так и к форме мыслительных процессов. Конечно, как первичный, так и вторичный процесс мышления часто вовлекаются во множество способов достижения удовлетворения. Но неразрывно связывать одну форму мышления с удовлетворением влечений – значит смешивать когнитивность с мотивацией. Считается, что для психоаналитического понимания лучше сохранять разделение когнитивности и мотивации; они переплетены как психические системы, но, тем не менее, это отдельные системы.
Более того, если вторичный процесс характеризуется откладыванием удовлетворения или разрядки и логическим, рациональным мышлением, импульсивность ребенка, так же как его очевидно нелогичный способ мышления, отражает воздействие первичного процесса. Такой путь разделения психических процессов на категории не применим на ранних стадиях развития логического мышления. Но вторичный процесс мышления находится в рамках индивидуального прохождения ступеней на пути к зрелости.
Эти два компонента, способ разрядки и сдерживания энергии и способ мышления, являются наследственными, согласно теории первичного и вторичного процессов, что внесло свой вклад в неуверенность Фрейда относительно первичного процесса и природы бессознательного. Должен ли первичный процесс рассматриваться, как обслуживающий внутренний мир, Бессознательное, или его “ведет вторичный процесс”, или возможно и то и другое одновременно?
Арлоу и Бреннер (1964) обсуждают первичный и вторичный процессы в терминах структурной теории. Они считают, что, поскольку Фрейд говорит о них обоих в связи с подвижностью катексиса влечений, аспект мышления может быть опущен, поскольку понятие первичного процесса шире, чем мышление. Мы согласны с Арлоу и Бреннером в том, что удовлетворение влечений может быть рассмотрено отдельно от когнитивности. По нашему мнению, тем не менее, поскольку удовлетворение влечения является всего лишь одним из многих использований, к которым может быть приложена любая комбинация первичного и вторичного процессов, мы можем многое уяснить, если установим связь между функционированием первичного процесса и энергией влечения, и сохраним мышление как аспект теории. Сознательное и бессознательное фантазирование, например, которое сочетает первичный и вторичный процессы, отражает не только проявления влечений и внутренний мир субъективной реальности, но и элементы аффективных проявлений защитной активности, адаптации к внешнему миру, морального суждения и наказания. Пятилетняя девочка может служить примером. Она чувствует себя рассерженной и обманутой из-за того, что печенье, которое ей дал отец, меньше, чем то, которое отец дал ее сестре. Она уверена, что оно меньше, потому что тогда, когда она уже проглотила быстренько свое, у ее сестры все еще остается больше половины печенья. Затем она фантазирует, что ее отец умирает и она единственная, кто приходит на его похороны.
Свойственная возрасту девочки незрелость по всей линии развития логического мышления приводит ее к умозаключению о разнице в размере печенья из-за разницы в скорости его поедания. Это заключение алогично для взрослого, но нормально для ребенка ее возраста. Однако ее вывод, что она была обманута, является психической правдой, так как оно символизирует невыполнение ее эдипова желания полностью обладать отцом. Фантазия этого ребенка отражает первичный процесс, поскольку она использует магическое мышление, символизацию и зрительные образы, и, поскольку это отражает связь между гневом пациентки и ее желанием смерти отца, ее эдипово желание и уменьшение его. Согласно энергетической теории, тем не менее, эта фантазия может быть классифицирована как вовлечение вторичного процесса, так как побуждение было отложено – ее гнев был выражен в мыслях, она не ударила сестру или отца, чтобы разрядить свой гнев. Рассматривая здесь когнитивность и мотивацию как отдельные системы, мы можем заметить, что и первичный и вторичный процессы были скомбинированы в фантазии девочки. Проверка реальности и адаптация происходили одновременно с желаниями Ид, аффективными проявлениями, защитной активностью, указаниями Суперэго и эгосинтезирующей функцией.
Хотя первичный процесс, возможно, появился, чтобы регулировать внутренний субъективный мир “психической реальности”, а вторичный процесс – чтобы регулировать “объективную реальность”, они переплетаются в процессе поддержания гармонии между двумя реальностями. Действительно, когнитивные процессы могут рассматриваться, как действующие во всем спектре между первичным и вторичным процессами, занимающими противоположные концы спектра. В основном, умственное функционирование может быть представлено как равновесие между ними, которое отражает функционирование Ид, Эго и Суперэго.
Одна из трудностей в проведении различий между первичным и вторичным процессами – это символизм или символическое мышление. Символическое мышление появляется, если одна вещь используется для того, чтобы обозначать другую, как зрительный образ или мысленное представление символизируют персону или вещь, что Фрейд назвал образным мышлением. Когда слово используется таким образом, оно представлено как в языке, так и в мыслях. Символизм в представлениях, мыслях и языке обнаруживается и в первичном, и во вторичном процессе. Когда символизм используется в выражении психического конфликта, связь между символом и тем, что символизируется, чаще всего не осознается, особенно при функционировании первичного процесса. Способность к символизированию с использованием слов и языка важна для развития Эго и возникает из ориентированного на реальность мышления.
Ференци и Джонс проводят различие между символической эквивалентностью и символической репрезентацией. Символ и то, что он символизирует могут восприниматься как идентичные – таким образом символически устанавливается эквивалентность; или символ может замещать подлинную идею – это символическая репрезентация. Сигал описывает одного пациента, который отказывался играть на скрипке, заявляя, что он не будет публично мастурбировать, тогда как другой будет играть, потому что хотя скрипка может бессознательно представлять для него пенис, он все же знает разницу. Эдкамб считает, что переходы от символической эквивалентности к символическим представлениям важны для развития и опираются на способность воспринимать и понимать как различия, так и сходства. Мы считаем, что неуспешность создания или поддержания этих переходов имеет отношение к патологическим процессам и пока еще недостаточно изучена.
 Пиаже также считал способность к символизированию (которую он назвал семиотической функцией) очень важной для развития. Он настаивал на том, что, когда эта способность возникает, у нее две линии развития: личной системы символов, которые заключают в себе идиосинкретический смысл для личности, и другой, связанной с социально сформированной системой символов и основанной на языке. Он предполагал, что символическая функция (направленно и ненаправленно обеспечивающая мышление и адаптацию начиная с детства) имеет некоторое превосходство над языком и логическим мышлением.
Иными словами, первичный и вторичный процессы могут рассматриваться как увеличительные стекла, через которые мы можем увидеть развитие основных когнитивных систем.